Мировой океан зарастает водорослями с 2011 года — и каждые 5 лет скорость зарастания увеличивается. Если раньше бо́льшую часть биомассы океана составлял фитопланктон — крошечные одноклеточные водоросли, то теперь на наших глазах его сменяют крупные макроводоросли. Ученые называют это «структурным сдвигом» в экологии Мирового океана. В чем причина этого сдвига, к чему он может привести и как водоросли влияют на здоровье, экономику и туризм — читайте в статье.
Глобальное заболачивание
Рост водорослей в океане ученые наблюдали уже давно — с 2000-х годов. Но лишь совсем недавно они увидели глобальную картину: оказывается, водоросли сейчас покрывают 43,8 млн км² — около 12% всей поверхности мирового океана. И темпы роста продолжают ускоряться: с 2003 года макроводоросли в тропической Атлантике и западной части Тихого океана прирастают на 13,4% в год. По расчетам научного издания Oceanbites, построенным на графике того же исследования, с 2013 года скорость увеличилась до 16,7% в год: это самый высокий темп за всю историю наблюдений.
В каждом регионе доминируют свои виды водорослей, которым требуются разные условия. Но все-таки можно выделить два основных фактора, которые стоят за этим глобальным трендом: потепление океана и эвтрофикация (избыток питательных веществ от сельского хозяйства и аквакультуры). А если говорить о конкретных случаях — науке только-только удалось разгадать загадку Большого саргассового пояса в Атлантическом океане.
Порождения ветра
Саргассум — это плавающие бурые водоросли. Скопления водорослей образуют на поверхности океана огромные «маты», в которых процветает жизнь. Когда эти скопления прибивает к берегу, тонны бурых водорослей заваливают побережье и начинают гнить. Нашествие саргассов беспокоит страны Карибского бассейна с 2010-х, но только недавно ему нашлось внятное объяснение.
Потепление климата меняет течение воздушных масс. Разница в температурах между севером и югом Атлантики усиливается, а из-за такого контраста усиливается и ветер.
Когда мощный ветер поднимается с востока, он выносит богатые фосфором глубинные воды вблизи экватора на поверхность и переносит их на север — в Карибское море. На бурых водорослях обитают цианобактерии — это их симбионты. Фосфор подкармливает цианобактерии, они размножаются и захватывают все больше азота из атмосферы: в этой форме азот подпитывает саргассум. Бурые водоросли от такой прикормки быстро растут и расползаются на тысячи километров.
Карибский суп
В этом году Мексику завалило саргассумом. К началу августа на побережьях штата Кинтана-Роо — «жемчужины мексиканского туризма» — собрали около 110 000 тонн водорослей, к концу года ожидается 150 тысяч тонн. В прошлом, 2025 году, который тоже считался рекордным, в штате собрали только 94 тысячи тонн. Эти цифры практически совпадают с общенациональными показателями, потому что Кинтана-Роо тянется вдоль Карибского моря, и именно на его берега́ течения выносят бо́льшую часть саргассума.
В худшие дни на берег выбрасывает до 9000 тонн в сутки — это как если бы на пляж каждый день высыпали содержимое 600 грузовиков-самосвалов. Разлагаясь на солнце, саргассум выделяет сероводород — умеренно токсичный газ с запахом тухлых яиц. Аромат разносится далеко, и к заваленным саргассумом пляжам не хочется даже подходить. Астматикам и аллергикам дышать сероводородом нельзя: они могут начать задыхаться. При этом нынешние мощности позволяют штату убирать не более 1200 тонн в сутки, так что разгрести горы саргассума получится не скоро.
Неудивительно, что туристы в такой момент предпочитают отдохнуть где-нибудь в другом месте. Отели в знаменитых приморских локациях снизили загрузку до исторического минимума: в Тулуме — до 15%, в Плайя-дель-Кармен — до 30%.
Президент Мексики Клаудия Шейнбаум анонсировала план по защите Карибского побережья на 152 млн долларов. На первом этапе плана Мексика закупит буксиры, прибрежные комбайны для сбора саргассума, динамические и прибрежные защитные барьеры. На втором этапе на воду выведут корабли-сборщики и системы удержания водорослей — чтобы не давать им прибиться к берегам. В то же время Мексика разрабатывает промышленные стандарты и технологии для производства биопластиков, биоуглерода, биогаза и биоудобрений на основе саргассума. Возможно, к 2030-м «карибское проклятие» станет одним из ключевых ресурсов устойчивой экономики.
Что происходит под водой
Избыток саргассума — и других плавучих водорослей на поверхности — убивает жизнь в океане. Механизм разрушения экосистемы работает в три шага.
Сначала плотные плавающие маты из водорослей блокируют солнечный свет, необходимый придонным экосистемам. Например, кораллы и морская трава, которые создают условия для жизни множества других видов, нуждаются в солнце для фотосинтеза. Без света они начинают слабеть и теряют способность восстанавливаться после других стрессовых событий, вроде обесцвечивания.
Затем, когда водоросли с поверхности отмирают и опускаются на дно, они начинают разлагаться. Процесс их разложения забирает из воды кислород, создавая зоны гипоксии и аноксии — по сути, подводные «мертвые зоны», где рыба и беспозвоночные физически не могут выжить.
А морская трава (seagrass) и кораллы — одни из самых эффективных природных накопителей углерода. Несмотря на то что морская трава покрывает менее 0,2% площади океана, она связывает до 10% всего углерода, ежегодно захораниваемого в морских донных отложениях. Когда такие экосистемы гибнут и замещаются водорослевыми полями, накопленный углерод возвращается в атмосферу и океан, образуя CO₂ — то есть процесс, запущенный потеплением, потенциально усиливает само потепление.
Оборотная сторона суши-роллов
Вредоносное цветение водорослей ежегодно наносит рыболовству и аквакультуре значительный ущерб: только в США ежегодные потери достигают 10–100 миллионов долларов. Моллюски и рыба, выросшие в окружении вредоносных водорослей, впитывают токсины и становятся непригодными в пищу, поэтому в такие моменты моллюсковые фермы теряют урожай.
Зеленая макроводоросль Ulva prolifera стала китайским национальным бедствием: она покрывает Желтое море у берегов Китая уже 19-й год подряд — с 2007. Рекордная вспышка цветения в 2008 году нанесла экономический ущерб на сумму 440 миллионов долларов, из них 125 млн — прямые потери аквакультуры.
С 2008 по 2015 год суммарные потери и затраты на борьбу превысили 350 млн долларов. Разлагаясь, водоросли создают зоны острой гипоксии, из-за которых массово гибнут культивируемые морские огурцы, морские ушки, крабы и рыба. Причем зеленые вредители, скорее всего, развелись на плотах для выращивания Porphyra — съедобной водоросли для суши и роллов.
На пути к Великому вымиранию
Судя по спутниковой съемке, объем саргассума в Атлантике более чем удваивается каждые пять лет с момента появления Great Atlantic Sargassum Belt в 2011 году. Зеленых водорослей в Китае тоже постепенно становится больше: по предварительным оценкам деловых СМИ, цветение Ulva prolifera в 2024 году уже превзошло масштабы 2008 года. Общий тренд — зарастание океана макроводорослями — явственно прослеживается и уже приносит много проблем.
Но если тренд не изменится, все станет намного хуже. 252 млн лет назад глобальное потепление и потеря кислорода в океане привели к самому масштабному вымиранию в истории Земли: тогда, в конце пермского периода, температура Земли повысилась на 8–12°C, океаны лишились до 80% растворенного кислорода, около половины морского дна стало полностью безжизненным, и 96% морских видов погибло. Ученые Стэнфорда, разгадавшие в 2026 году причину Великого вымирания, прямо проводят параллели с нынешней ситуацией: тепло плюс дефицит кислорода в воде. Прогнозы неутешительны: если климат продолжит меняться с той же скоростью, к 2100 году глобальная температура может вырасти до 4°С, и у нас останется всего одно-два столетия до пермского сценария.
Автор: Екатерина Доильницына