Антуан де Сент-Экзюпери писал в своей в удивительной сказке «Маленький принц»:
«Взрослые очень любят цифры. … Когда говоришь взрослым: «Я видел красивый дом из розового кирпича, в окнах у него герань, а на крыше голуби», — они никак не могут представить себе этот дом. Им надо сказать: «Я видел дом за сто тысяч франков», — и тогда они восклицают: «Какая красота!».
И с этими словами можно частично согласиться. Каждый день мы наблюдаем, как природа разрушается ради экономической выгоды. Многим корпорациям, которые беспокоятся о своих многомиллионных бюджетах, уничтоженные жучки, деревья и ручьи кажутся незначительными издержками, наивными проблемами сердобольных экоактивистов. В экономической реальности то, что не имеет цены, по сути не существует и не учитывается при принятии решений.
Но, теряя природу, мы теряем и экономическую выгоду. Просто чаще всего мы не замечаем этого, потому что ущерб может происходить в другой сфере, в другом месте или в другом времени — например, в будущем наших детей. Поэтому большинство бизнесов продолжает работать так, будто наша планета бесконечна, а многочисленные законы, призывы и обещания о защите окружающей среды не работают так, как хотелось бы.
Может, нам стоит подсчитать «цену» природы? Так, чтобы бизнесу, экономистам и правительству сразу стало понятно, сколько денег мы получаем от природы, и сколько теряем при ее уничтожении? Чтобы экологи могли говорить с ними на одном языке — языке финансов?
Так появилась концепция экосистемных услуг — попытка рассчитать материальные выгоды, которые мы получаем от экосистем. Давайте разберемся, что это, и как этот подход может помочь сохранить природу.
Бесплатной природы не бывает
Если не учитывать экономическую стоимость природы, то бизнес, который старается быть экологичным и этичным, всегда будет проигрывать более циничным конкурентам.
Получается парадокс: совокупная ценность природы бесконечна, потому что мы не можем без нее жить. Однако каждый маленький кусочек, оторванный у природы, испорченный и загрязненный, будто бы не имеет никакой ценности.
Вспомним концепцию «трагедии общих ресурсов». Она предполагает, что в ситуации, когда многие люди имеют неограниченный доступ к конечному ценному ресурсу, они будут склонны к его чрезмерному использованию и в итоге могут полностью уничтожить его ценность. Даже если некоторые пользователи проявят добровольную сдержанность, другие просто займут их место, что приведет к трагедии для всех. Ведь то, что принадлежит наибольшему числу людей, получает наименьшее внимание.
Бизнес стремится к экстернализации издержек — компании переносят побочные расходы (например, экологический ущерб и вред здоровью) на третьих лиц или общество в целом. Этот процесс не отражается в рыночных ценах продукции — наша одежда и товары остаются дешевыми, потому что в них не учтено загрязнение воды и воздуха, болезни рабочих, уничтожение растений и животных.
Но то, что эти потери не учитываются, вовсе не значит, что их нет. Иногда ущерб заметен сразу: разрушенная природная достопримечательность или замусоренный пляж больше не привлекают туристов, а из-за свалки в районе или вырубленного парка квартиры падают в цене. Но чаще всего мы можем даже не подозревать, какие услуги выполняла для нас природа, пока не потеряем их.
Например, многие подмосковные болота были осушены, потому что считалось, что более выгодным будет занять эти земли сельскохозяйственными угодьями или дачами, и использовать торф для топлива и удобрений. В результате болота утратили свои водорегулирующие функции. Это стало одной из причин распространения аномальных лесных пожаров в 2010 году, которые принесли огромный экономический ущерб и привели к дополнительным 11000 смертей в Москве, и 54000 — по всей стране.
А вот еще более неожиданный пример: сокращение численности грифов в Индии привело к экономическим потерям и гибели сотен тысяч человек. Возможно, эти птицы имеют не самую симпатичную внешность, но они бесплатно и качественно выполняли важнейшую работу — поедали туши мертвого крупного рогатого скота.
Коровы считаются в стране священными, и убивать их незаконно. В результате по улицам ходит около 5 миллионов бездомных коров, которые могут вытаптывать посевы, распространять болезни и становиться причиной аварий.
А еще коровы рано или поздно умирают, и их тела остаются на свалках или прямо на улицах. И тут грифы работали мусорщиками: утилизировали туши и предотвращали антисанитарию, распространение болезней и загрязнение воды и почвы.
Однако в конце 90-х популяция грифов резко сократилась из-за использования диклофенака для лечения коров и сокращения среды обитания. По меньшей мере три вида грифов понесли долгосрочные потери в размере 91-98% численности популяций, что позволило смертельно опасным бактериям и инфекциям распространиться. Патогены стали активно попадать в почву и питьевую воду. Часть туш стали поедать бездомные собаки, что привело к росту их численности и вспышке бешенства, которое передавалось и людям.
Ученые подсчитали, что в период с 2000 по 2005 год сокращение численности грифов приводило к примерно 100 000 дополнительных смертей людей в год, что обходилось стране более чем в $69 миллиардов. А сколько таких историй остается незамеченными!
От полезных ископаемых до птичьего пения
Конечно, оценить в денежном эквиваленте экосистемные услуги совсем не просто.
Представьте себе лес.
В нем растут грибы, ягоды и целебные травы, которые можно собирать, живут звери, на которых можно охотиться, а еще есть древесина и другие ресурсы. Это самые очевидные услуги, которые можно получить от леса, и подсчитать их стоимость относительно просто.
Но это далеко не все. Лес может быть местом для отдыха, восстанавливающего наше физическое и психологическое здоровье, в лесу могут проходить обучающие экскурсии, а некоторые леса и вовсе имеют сакральное и религиозное значение для местных жителей. Это оценить уже гораздо сложнее.
Копнем еще глубже: лес регулирует климат соседних территорий, защищает почву от эрозии, дает дом диким осам, которые опыляют соседние сады, очищает воду, которая попадает в наши водозаборные системы, а затем — в краны. А еще лес является частью экосистемы Земли, которая поддерживает климат, почвы, круговорот воды и веществ, биоразнообразие и другие составляющие, без которых существование человека невозможно.
Чтобы упростить задачу, все экосистемные услуги поделили на 4 группы:
- Услуги по обеспечению или ресурсные услуги, которые включают в себя все продукты и ресурсы, полученные из экосистем: продукты питания, сырье, генетические ресурсы, биогенные минералы, лекарственные ресурсы, энергетику (гидроэнергетика, биотопливо), декоративные ресурсы (включая домашних животных, украшения и сувениры и т. д.).
- Культурные услуги, которые включают туризм и отдых, спорт на открытом воздухе, а также все, что способствуют эстетической, познавательной, научной и духовной деятельности. К ним относятся даже такие вещи, как использование природы в качестве мотива в книгах, фильмах, живописи, фольклоре, национальных символах и рекламе.
- Регулирующие услуги — выгоды, которые мы получаем от того, что экосистемы регулируют природные процессы. К ним относятся: очистка воды и воздуха, поглощение углерода, разложение отходов и детоксикация, биологический контроль вредителей и болезней, опыление, защита от наводнений и т д.
- Вспомогательные услуги — это услуги, которые позволяют существовать другим экосистемным услугам. Они оказывают косвенное воздействие на людей, которое длится в течение долгого времени. Например, это почвообразование, обеспечение среды обитания для видов, создание органических веществ и круговорот питательных веществ.
Конечно, стоимость таких услуг зачастую посчитать можно только приблизительно, и результаты будут сильно отличаться в зависимости от методики, которую применяет автор. Однако на сегодняшний день уже разработано несколько подходов к оценке самых разных экосистемных услуг, и методы продолжают совершенствоваться.
Например, по классическим исследованиям известного эколога-экономиста Р. Констанца, опубликованным в 1997 году, стоимость экосистемных услуг и природного капитала в мире составляет от $16 до 54 трлн в год. Для сравнения, мировой ВВП тогда составлял около $18 трлн в год. При этом деградация экосистем ведет к замедлению роста ВВП и огромным потерям.
Как это использовать?
Знание о том, что экосистемные услуги имеют большую ценность, мало значит, если не приводит к реальным действиям и вложениям в обеспечение охраны таких экосистем. Однако потенциально такой подход может использоваться очень широко.
Понимание экономической ценности экосистем может помочь местному населению осознать необходимость охраны природы, бизнесу — обосновать дополнительные затраты на природоохранные мероприятия, политикам — принимать долгосрочные решения, связанные с использованием окружающей среды, понимая и принимая в расчет все будущие выгоды и издержки.
Например, сохранение леса позволяет связывать парниковые газы, что дает выгоды климатической системе. Если мы, например, вырубим лес и построим ферму, лесная экосистема будет уничтожена, и климатические выгоды трансформируются в климатические издержки.
Сегодня концепцию экосистемных услуг продвигают правительства, корпоративный сектор и некоторые природоохранные организации. Разрабатываются руководства для бизнесов, банков и государственных систем. Большой вклад оказали такие проекты, как доклад ООН 2005 года «Оценка экосистем на пороге тысячелетия», инициатива «Экономика экосистем и биоразнообразия», а также программа Всемирного банка «Учет богатства и оценка экосистемных услуг» и ряд инициатив по углеродному рынку и компенсации биоразнообразия.
Пример практического применения концепции — система платежей за экосистемные услуги (PES), при котором получатели услуг вознаграждают тех, чьи земли их предоставляют. Такие программы поощряют землевладельцев сохранять экосистемы. К примеру, этот принцип широко используется в Коста-Рике, где землевладельцы получают выплаты при внедрении методов устойчивого землепользования и управления лесами. Программа финансируется за счет топливного налога, платы за воду и других инициатив.
Экономический учет экологии может полностью изменить наше представления об экономике. Но проблема в том, что зачастую стоимость природы оказывается настолько велика, что ее учет делает бизнес попросту нерентабельным. Поэтому нам еще предстоит найти баланс, чтобы постепенно включать учет экологического фактора в наши экономические расчеты.
Автор: Екатерина Радчикова
