АЯ/МЫ Беляево, или как район Москвы предложили внести в ЮНЕСКО


Район Беляево вырос из одноименной деревни, которая существовала здесь с 16 века. В 1954 году, переименовавшись в малое коллективное хозяйство «Дальнее Беляево», деревня стала частью колхоза «Сталинский путь», который превращал самостоятельные хозяйства в бригады. И вот в 1960 году Беляево входит в состав Москвы, а на встречу ему широким шагом выходят гордые 5-ти и 9-ти этажные панельные дома, позже осевшие на месте разрушенной деревни. Так, начинается активное обустройство и постройка района.

Как Яков Белопольский придумал Беляево

Архитектор Яков Белопольский обитал на территории осваиваемого Юго-Запада с начала 50-хгодов. До этого он занимался очень громкими и масштабными советскими постройками — питчинговал проект Дворца Советов, вместе с архитектором Вучетичем проектировал мемориальный ансамбль героям Сталинградской битвы на Мамаевом кургане у памятника «Родина-мать» в Волгограде. Переехав в жилое строительство, он спроектировал на юго-западе сразу несколько жилых районов: Коньково-Деревлево, Беляево-Богородское, Теплый Стан и Бутово.

Краем глаза поглядывая на соседствующие Черемушки, Беляево застраивалось по микрорайонному принципу. Все необходимое для жизни людей — детский сад, школы и продуктовые магазины расположили так, чтобы жителями не приходилось переходить улицу с проезжей частью. Рядом была ещё и детская поликлиника. Теоретически люди могли не покидать район, если работали в его пределах.

«Беляево-Коньковский жилой массив» спроектировали и построили между 1964 и 1970 годами. Расположившись на 400 гектарах, он имеет почти идеальную квадратную форму. Самое важное в схематическом проекте района то, что участок разделен на четыре почти равные части, а каждая из них, в свою очередь, делится на более мелкие. Отсюда происхождение слова «микрорайон».

Иерархичность структуры — район, подрайон и микрорайон — тогда стала прекрасным решением для распределения социальных услуг между населением. Так, школа должна была быть в каждом микрорайоне, а вот кинотеатр мог быть только один на весь район (зато какой — настоящий Витязь!). Кроме того, 12 микрорайонов Беляева расположены таким образом, что все они соединяются друг с другом кольцом зеленых насаждений и маршрутами общественного транспорта — опять же рассчитанных на то, чтобы местные жители не пересекали большие улицы. По периметру зеленого кольца расположили спортивные и развлекательные сооружения, а также прогулочные зоны. Кроме того, внутри района между домами предусмотрены полноценные и большие городские оазисы. Чего только стоит Яблоневый сад — одно из излюбленных мест обитателей района. 

Всем этим занимался именно Яков Белопольский. Мысли архитектора, «сверху» ограниченного строгими правилами советского градостроительного проектирования, а «снизу» — типовым характером строительства, в основном, были заняты творческими решениями по распределению жилых блоков в пространстве. В этом смысле архитектор был очень приближен к современному урбанисту. Белопольский много работал над ритмом застройки, играл с высотностью, внимательно обустраивал внутренние дворы, пытался максимально приспособить и использовать особенности конкретной местности. Благодаря этому у каждого из 12 микрорайонов Беляева заметны своя идея и функциональное назначение. 

Так что «Беляево-Коньковский массив» изначально планировался очень экспериментальным: зеленым, с большой пешеходной зоной на месте улицы Миклухо-Маклая и высотными зданиями-доминантами. Но уже во время строительства Белопольского перевели в Ясенево, а проект сильно упростили. Некоторые части района все-таки были построены по оригинальному плану (например, почти вся северо-западная часть района осталась не тронутой). Однако, уже в нулевых, именно с этой территории началась программа по сносу хрущёвок. Сегодня на месте советских пятиэтажек появляются новостройки, и становится все сложнее оценить оригинальность плана архитектора.

Затем Беляево, как и вся страна, оказалось не в той вселенной, для которой предназначалось. Всеобщая коммерциализация сыграла злую шутку со «всеобщественным» и рациональным пространством. Сильнее всего от этих перемен пострадал «зеленый пояс». Уже в 1970-е годы она начала заполняться жилыми постройками, не предусмотренными первоначальным проектом. С приходом капитализма этот процесс только ускорился. 

Кроме того, в 1990 году Беляево входит в состав административного района Коньково и попадает в топонимически-конъюктурную тень соседа. Но это не делает район теневым братом Коньково. За несколько десятилетий существования при советской власти район пропитался влиянием неофициального искусства и стал поистине культурной столицей юга Калужско-Рижского направления. Так, люди начинают приезжать в Беляево уже совсем по другим причинам.

Как Беляево стало иконой нематериального наследия

Район оказался тесно связан с советским неофициальным искусством незаметно для себя самого. Начиная с 1965 года, здесь жил основоположник московского концептуализма Дмитрий Пригов, в честь которого на одном из ближайших к метро домов красуется многострадальный мурал «АЯ», уже в наше время несколько раз оказывавшийся под прицелом закраски. В 1974 году на территории Беляево прошла знаменитая Бульдозерная выставка, здесь же проводила свои перформансы акционистская группа «Коллективные действия». Так, микрорайон на окраине Москвы наполнялся и пропитывался совсем новыми для себя смыслами, достойными внимания и сохранения.

Именно поэтому 10 лет назад Беляево обратило на себя внимание польского архитектора Кубы Снопека, который придумал проект «Беляево Навсегда» и превратил район в бренд. Он учился в московском Институте «Стрелка», и решил выполнить выпускную работу в виде заявки на включение Беляево в список объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО. Заявка так и осталась лишь заявкой, но, благодаря шуму вокруг нее, в столице заново узнали о районе, поехали туда и стали изучать. А что происходило в самом Беляеве! (Заявку можно скачать на сайте Института и изучить)

Позже Снопек пишет и выпускает книжку «Беляево навсегда», а выставочная галерея «Беляево», подхватив новую волну исследовательского духа, приглашает его провести несколько лекций, экскурсий и воркшопов в своих стенах. Так, студенческая работа превратилась в культовый районный проект — «Беляево навсегда».

С тех пор местная галерея продолжает активно работать, радуя местных жителей и приезжих постоянно обновляемыми выставками. Там сохранено множество артефактов, оставшихся от известных людей, которые жили и приезжали в Беляево. Например, в разные годы там проходили выставки Эрика Булатова, Ильи Кабакова, Оскара Рабина и Эрнста Неизвестного, выступали Сергей Летов и Александр Башлачёв.

Нередко там выставляет свои работы еще одна известная жительница Беляева – художница Вероника Сукоян. Она фиксирует на своих картинах живописные виды района и московского юго-запада вообще. Вот одна из них – самая известная «В Беляево летом».

На картине изображено поле, на котором 15 сентября 1974 года прошла Бульдозерная выставка — столь революционно свободный нелегальный вернисаж неофициальных московских художников, что пришлось выкорчевывать произведения художников тракторами. Девочка, изображённая в поле — дочь художницы Таисия Короткова. Она тоже стала художницей, а в 2010 году получила премию Кандинского. 

Герцогство Беляевское

Заслуженно признанный самым известным беляевцем всех времен поэт и художник Дмитрий Пригов жил в девятиэтажке ближе к улице Академика Волгина. Он оставил после себя, пожалуй, самое масштабное нематериальное наследие, связанное с районом. Пригов очень любил Беляево и посвятил ему десятки стихотворений, а также знаменитое эссе «Беляево 99 и навсегда». Кроме того, сам Пригов в разных интервью не раз называл себя Герцогом Беляевским.


Нередко рассматривая район со своего балкона, ему особенно нравилось здание Института Биоорганической Химии им. Академиков Шемякина и Овчинникова. Выполненное в форме спирали ДНК, здание напоминает таинственный замок, а внутри, как и многие постройки советского модернизма, похоже на декорации для футуристического научно-популярного фильма. 

Необычных и значимых зданий в Беляеве достаточно. Знатоки района очень гордятся Троицкой церковью 17 века, признанной объектом культурного наследия регионального значения.

Недалеко стоит серый девятиэтажный дом, в котором в конце восьмидесятых регулярно появлялся Виктор Цой, гостивший у своей возлюбленной Наталии Разлоговой. Во дворе под брезентом он парковал свой «москвич», на котором летом 1990 года уехал в роковой отпуск в Латвию.

Однако, как ни грустно, но герцогство пустеет. Еще одна постройка, пропитанная Беляевским духом — советский кинотеатр «Витязь», названный в честь корвета, на котором этнограф Николай Миклухо-Маклай ходил в Новую Гвинею. Как и многие советские кинотеатры, рассыпавшиеся по Москве в 60-х годах, кинотеатр был одним из центров притяжения района и связывал многих жителей детскими воспоминаниями. Слово «дух» по отношению к нему очень уместно потому, что это единственное, что осталось от кинотеатра сегодня. Несколько лет назад «Витязь» попал в общегородскую программу, реализованную компанией ADG Group, которая разрушает советские кинотеатры и строит на их месте однотипные районные торгово-развлекательные центры. Летом 2018 года «Витязь» закрыли, а вскоре снесли. Сегодня на его месте уже стоит торговый центр, который жаждет открытия. 

Кстати, вышеупомянутая Таисия Короткова фиксирует на своих рисунках те самые советские кинотеатры. Среди них есть и «Витязь».

Помимо культурной миссии Беляево явно самый глобалистский и толерантный район Москвы. Дело не только в том, что на улице Миклухо-Маклая находится самый межнациональный вуз страны — РУДН, студенты которого ежедневно варятся в районе, живут там и окрашивают окрестности собственными культурными кодами. Оказывается, Беляево учило национальной толерантности, начиная с девяностых. Сюда переезжали семьи из стран и республик, в которых начались войны и другие локальные конфликты: Грузии, Армении, Азербайджана и Чечни. Несмотря на национальную разность, в Беляево не было и не бывает конфликтов на этой почве. Район, воспитанный межнациональной аккультурацией, не мог не стать особенным. 

Хотя с первого взгляда так может не показаться, но Беляево – определенно истинная территория смыслов. В него изначально — еще архитектором — была занесена энергия мысли, которая, развиваясь, воспитывала новых людей. Как правильно сказал автор канала «Мое Беляево» Кирилл Головкин — «Беляево напоминает произведение современного искусства, которому необходим манифест или хотя бы сопроводительный текст для понимания. Беляево надо объяснять, и тогда раскрывается его богатство».

Вам также может понравиться

УрбанистикаКак индустриализация и города уравняли русские субэтносы

Поморы, водлозёры, выгозёры, мещёра, саяны, сицкари, севрюки, тудовляне и цуканы. Странная детская считалка, в которой ваш Ворд подчеркнёт 8 из 9 слов? — Нет, всего лишь малая доля субэтнических групп русского народа, существовавших ещё век назад.

УрбанистикаЗачем им эти велодорожки и тротуары?

Почти каждый день из разных городов по всему миру приходят новости о постепенном выходе из карантина и… экстренном создании велополос, расширении тротуаров и переделки парковок в веранды для кафе. Зачем они это делают? Есть несколько причин, очевидных и не очень.